Про "эффективных менеджеров" и рыночную экономику
Всем нам, наверное, знакома компания DuPont. Это те товарищи, которые придумали фреон и тефлон.

DuPont начался с порохового завода после переезда семьи Дю Пон в США в 1802 году. Деньги на него эмигрантам дали хорошие друзья семьи - французские масоны: финансист Жак Некер и маркиз де Лафайет, ведь старший брат основателя компании был Великим казначеем масонской ложи Делавэра.

В 1902 году пороховой гигант начал выпускать краски и пластик. В 1903-м появилось научное подразделение, занимавшееся разработкой перспективных химических технологий. На его работу были отпущены немалые средства, а сотрудникам разрешалось заниматься не только прикладными, но и фундаментальными научными исследованиями. Именно там родились целлофан, фреон, тефлон, нейлон, лайкра, кевлар и прочие полезные материалы.

К середине 1930-х DuPont производила кучу всего, в том числе синтетические ткани и отбеливатели для бумаги. Правда, продвижению этих двух товаров препятствовала конопля - из нее делали бумагу, одежду, обувь, веревки, канаты, нитки. Площади ее посевов составляли миллионы гектаров.
В 1935 году химики DuPont придумали нейлон, который стал мощным конкурентом конопляной нити. Конопля давно раздражала представителей компании, хотя бы потому, что вырабатываемая из нее бумага, в отличие от бумаги, производимой из древесины, не требовала отбеливания. А значит, не нужны были реактивы, которые производил химический гигант. И химики компании развернули против кконопли широкое наступление.

В союзники был взят медиамагнат Вильям Херст, владевший огромным количеством газет и журналов, а также множеством заводов по производству древесной бумаги. Отныне в газетах Херста, а позднее – и во всех остальных, конопля величалась только по-мексикански – марихуана. И говорилось о ней уже не как о сельхозкультуре, а как о вреднейшем наркотике. Цели, средства, тактика и стратегия борьбы против конопли были рассчитаны абсолютно точно, и уже во второй половине 1930-х годов в США и многих других странах её выращивание было категорически запрещено и даже приравнено к уголовному преступлению. Зато продажи нейлона и бумажных отбеливателей выросли в несколько раз.

Иногда компания сознательно шла на уничтожение собственных изобретений, но это уничтожение приводило к очередному ее росту. Так случилось с фреоном.

Фреон был создан в 1931 году. Вещество было нетоксичным, негорючим и не вызывающим коррозию, а кроме того, простым и дешевым в производстве. Его использовали в производстве кондиционеров и холодильных агрегатов, аэрозольных препаратов, для создания пенообразующих композиций, в синтетических моющих средствах, строительстве, машиностроении, авиационной промышленности и космических аппаратах.

Довольно долго фреон производила только DuPont, но в конце концов право выпускать его получили и другие. С появлением конкуренции рынок насытился, спрос упал, а вместе с ним упали и доходы DuPont. Решением проблемы мог стать переход на новые запатентованные концерном газы, каковыми стали охладитель Suva для холодильников и кондиционеров и пропеллент Dymel для аэрозолей. Правда, у них были недостатки по сравнению с фреоном - они были в несколько раз дороже и при этом хуже. Как следствие, покупать их не особенно хотели.

И вот тут вдруг неожиданно выяснилось, что фреон страшно вреден для окружающей среды. Были опубликованы исследования американских учёных, что именно этот газ виновен в возникновении обнаруженной в 1957 году озоновой дыры. Потребительские организации начали призывать обывателей бойкотировать аэрозольные дезодоранты, «зеленые» пикетировали химкомбинаты, государства подписывали пакты о снижении применения фреоносодержащих веществ. В 1985 году была подписана Венская конвенция об охране озонового слоя, спустя два года - Монреальский протокол об озоноразрушающих веществах. В 1990 году в отношении фреона было введено полное торговое эмбарго.

А теперь внимание: инициатором создания Монреальского протокола была компания DuPont. В результате его действия фирма
а) мигом обанкротила огромное количество мелких конкурентов, занимавшихся производством фреона;
б) наладила сбыт более дорогой и более прибыльной продукции;
в) заставила весь мир менять холодильники и кондиционеры, утилизируя фреоновые и покупая «экологически чистые».
К 2005 году только в США холодильников «наменяли» более чем на $220 млрд. Россия, в соответствии с Монреальским соглашением, не производит фреон уже с 1996 года, а покупает его заменители у DuPont.

Тем временем уже давно доказана полная невиновность фреона в возникновении озоновой дыры. Потому что дыра и не возникала вовсе, а существовала всегда. А фреон может разрушать озон лишь в лабораторной пробирке, ведь он в четыре раза тяжелее воздуха, следовательно, попав в атмосферу, он не поднимается на высоту в 30 км, где находится озоновый слой, а опускается в низины. Кроме того, абсолютно непонятно, почему дыра образуется над Антарктидой, в которой никаких выбросов фреона нет и быть не может по определению, а над крупными городами, где фреона тонны, никакие дыры не фиксируются.

Похожая история произошла примерно в то же время с асбестом - он неожиданно был обвинен в нанесении непоправимого вреда здоровью людей.

Об опасных свойствах асбеста стало известно еще в начале прошлого века, когда у рабочего одного из английских карьеров была обнаружена спровоцированная асбестовой пылью похожая на пневмонию болезнь, названная «асбестозом». По странному стечению обстоятельств, эта болезнь не волновала общество до тех пор, пока не истощились европейские запасы асбеста и главным его поставщиком не стал СССР. Вот тогда-то общественность и забила в колокола. Исследования показали, что асбест может вызвать не только асбестоз, но и раковые опухоли. Минерал немедленно включили в группу веществ с достоверно доказанными канцерогенными свойствами. В СМИ прошло несколько ударных материалов об ужасном воздействии асбеста на организм человека. Европа занялась сносом зданий, при постройке которых применялся асбест, и заменой шифера на крышах, ибо именно в шифере доля опасного вещества была особенно велика. Были потрачены десятки миллиардов долларов. В конце концов Европейская комиссия вообще запретила использование асбеста.

Как ни странно, но у такого запрета были и противники, например Всемирная организация здравоохранения. ВОЗ удивило то, что из более чем 300 веществ, включенных в «опасный» список, для запрета было выбрано далеко не самое опасное. Ведь даже для того, чтобы заболеть асбестозом, нужно не просто долгое время работать с асбестом, но не менее 15 лет дышать мелкой асбестовой пылью, а раковые опухоли проявляются уже как осложнение асбестоза. Да и сам асбестоз – заболевание чрезвычайно редкое: за последние 30 лет в России и Канаде – странах, в которых асбест применялся наиболее широко, – не было зафиксировано ни одного случая заболевания.

В глаза бросается одно интересное обстоятельство: «асбестовые гонения» начались после того, как сотрудник DuPont изобрел синтетический заменитель асбеста – номекс. После запрета именно он стал основным противопожарным и огнеупорным материалом (из него шьют костюмы пожарных, им укрывают все, что необходимо защитить от огня).

Сейчас компания отходит от устаревающего химического бизнеса и переходит на более перспективный биотехнологический. В самом конце прошлого века она купила крупнейшую в мире растениеводческую компанию Pioneer Hi-Bred International и производителя соевого белка Protein Technologies International.

В прошлом году американское федеральное Агентство по защите окружающей среды заявило, что скоро будет запрещен тефлон. Оказалось, что входящая в его состав кислота PFOA «способствует возникновению рака печени, вызывает проблемы с иммунной системой и процессом развития новорожденных». Похоже, что в DuPont ему нашли подходящую замену...

© Валерий Чумаков

via adelina_z